Максим Кононенко. Росрыбоворовство


В России всё идет к тому, что любительская рыбалка станет платной. Рыболовы, разумеется, возмущены. Говорят о том, что скоро будут взымать плату за сбор грибов, а потом— и за то, чтобы просто дышать.

Не знаю насчет грибов, а вот любительская рыбалка платна практически во всем мире. Это кажется совершенно естественным— ведь, во-первых, за ресурсы надо платить (ну чем рыба отличается от, например, леса?), а во-вторых, за возобновление ресурсов платит государство. И лес государство сажает, и за зарыблением как-то следит. Это, конечно, в идеальной ситуации.

Максим Кононенко Известный музыкальный критик, политтехнолог, публицист, общественный деятель и блогер.

В России ситуация, что и говорить, не идеальная. Власти здесь если и занимаются воспроизводством ресурсов, то как-то, прямо скажем, слегка. При этом мало того, что эта сама самая власть потребляет ресурсы совершенно браконьерским образом, так еще и собственно браконьерам она никак не противодействует. Даже в Московской области браконьеры выбивают электричеством целые водоемы. Что уж тут говорить о других, менее охваченных регулирующими силами регионах.

Но это— издержки, а хочется все же поговорить на фундаментальном уровне.

А фундаментальный уровень таков. Современные методы любительского рыболовства крайне добычливы. Объемы добычи любителей не то что сравнимы— они по большей части превышают добычу промышленную. Для большинства неподготовленных людей это кажется невероятным— ведь совершенно невозможно соотнести мегатонны консервов, которые продаются в супермаркетах, с теми самыми людьми с удочками.

Объемы добычи рыболовов-любителей сравнимы с промышленными Источник (c) ИТАР-ТАСС

Однако если морскую рыбу без сейнера и трала ловить трудно, то промышленная ловля речной рыбы от любительской ловли мало чем отличается. Речные «промысловики», которых я видел на Нижней Волге— это те же два человека в советской алюминиевой лодке с японским мотором, только не со спиннингами, а с сетями и донками. Потенциал в обоих случаях, в общем-то, одинаковый. Только «промысловики» платят за лицензию и имеют право использовать снасти, которые «любители» использовать не могут.

Любители же государству не платят ни копейки. Они тратят немалые деньги на поездку в рыбные места, где облавливают местных промысловиков, для которых рыба— единственный источник к существованию. Причем всю выловленную рыбу эти промысловики потом все равно так или иначе продают тем же самым понаехавшим любителям. Надо ли говорить, что любви к природным богатствам родины местным это не прибавляет.

И ладно там спиннингисты! В России пышным цветом процветает и продолжает считаться приличной подводная охота, которая на самом деле является узаконенным браконьерством. Подводный охотник не вступает в поединок с рыбой. Он ищет только крупную рыбу и стреляет в нее издалека. И эту пронзенную гарпуном рыбу уже нельзя будет отпустить, как можно отпустить рыбу, пойманную на крючок. Понаехавшие из столиц подводные охотники убивают огромное количество рыбы, которое они просто не могут съесть и скормить своим родственникам. Эта рыба просто выбрасывается.

Браконьерство в России процветает. В разных форма Источник (c) РИА «Новости»/ Магомед Алиев

На этом фоне разговоры о том, что, дескать, теперь нельзя будет бесплатно посидеть с удочкой на берегу выглядят достаточно смешно. Во-первых, ловля с берега на один крючок остается бесплатной. Во-вторых, даже ловя с берега на один крючок специалист может выловить десятки килограмм рыбы.

То есть, само по себе лицензирование любительской рыбалки не кажется какой-то совсем уж дикой и ли антинародной придумкой. Другое дело— кто будет продавать эти лицензии и куда будут тратиться вырученные от лицензирования деньги.

Росрыболовство, руководитель которого Андрей Крайний заявляет нам о будущем увеличении сборов от любительской рыбалки— организация с отвратительной репутацией. Но ладно бы деньги собирала хотя бы эта, пусть отвратительная, но все-таки государственная организация. Вернее— ее региональные отделения. Тогда хотя бы было понятно, к кому апеллировать. Однако же право продавать лицензии на любительскую рыбалку предполагается делегировать неким таинственным организациям-арендаторам водных угодий. Что это за организации, откуда они возьмутся, на каких основаниях лицензии будут продавать именно они— не разъясняется.

Когда я еду на подмосковный форелевый пруд, а знаю, кому и за что я там плачу. И если на берегу пьяная драка, в воде пустые бутылки, а рыба плавает кверху брюхом после разряда электроудочки— мне есть, с кого за это спросить. Теперь же мне предлагается купить в рыболовном магазине (кстати, а где это?) лицензию. И кому я тогда буду предъявлять претензии за неподобающее состояние водоема и браконьеров? Рыболовному магазину? Так магазин отправит меня к некоему ООО «Удача», написанному на той самой лицензии, и будет прав. А ООО «Удача» я никогда не найду, потому что подобные организации не может найти даже налоговая инспекция.

Кому при новых порядках можно будет предъявить претензии за неподобающее состояние водоема — загадка Источник (c) ИТАР-ТАСС

Еще более вероятен такой вариант— никаких рыболовных магазинов вокруг водоема нет, а если есть— то они не торгуют лицензиями. Ты забрасываешь снасть и тут появляются крепкие ребята в кожаных куртках, которые бормочут про «режимный объект», «частную собственность» и тому подобную ерунду, при этом угорожая уголовными сроками и вымогая пять тысяч рублей. Так и будет! И виновато в этом будет, разумеется, Росрыболовство. Которому вы ничего не сможете предъявить.

Вот эта вот дилемма— между задумкой и реализацией— является краеугольной в России. Это как с перестройкой или модернизацией. Это как с квартирами в двухтысячному году, с народными гаражами и программой по возвращению соотечественников. Всё будет реализовано плохо, ситуация на водоемах станет еще хуже, зато в стране появится несколько новых миллионеров.

И именно поэтому, не отрицая и даже приветствую саму идею лицензирования любительской рыбалки, я ни в коем случае не собираюсь платить неведомым организациям, кормящимся у Росрыболовства. В России запрещена ловля любых осетровых— и осетровых при этом почти нигде нет. В США разрешена ловля любых осетровых— и осетровых в стране завались.

В России запрещена ловля осетровых— и осетровых при этом почти нигде не Источник Максим Коняев

Когда-то мы были главным в мире поставщиком этой рыбы и черной икры. Теперь нас как поставщика вообще нет. Черную икру производит кто угодно— Иран, Италия, Китай. Но только не Россия. Эта икра больше не русская. Кто в этом виноват? Браконьеры? Так браконьеры— лишь следствие. Следствие импотенции, корупции и воровства в Росрыболовстве и предшествовавших ему организациях. И это самое Росрыболовство не получит от меня ни копейки.

Андрей Крайний может даже не беспокоиться.

Смотрите также:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *